Андрей Лазарчук. Мумия -
10 >
нужно развить и усовершенствовать память каждого обучающегося
знанием основных фактов, ибо коммунизм превратится в пустоту,
превратится в пустую вывеску, коммунист будет только простым
хвастуном, если не будут переработаны в его сознании все
полученные знания. Тут мы беспощадны, и тут мы не можем
вступить ни на какой путь примирения или соглашательства. Это
надо иметь в виду, когда мы, например, ведем разговоры о
пролетарской культуре. Старая школа была школой учебы, она
заставляла усваивать массу ненужных, лишних, мертвых знаний,
которые забивали голову и превращали молодое поколение в
подогнанных под общий ранжир чиновников. Теперь они видят:
Европа так развалилась, империализм дошел до такого положения,
что никакая буржуазная демократия не спасет, что только
Советская власть может спасти. Трудящиеся тянутся к знанию,
потому что оно необходимо им для победы. Главное именно в этом.
Мы говорим: наше дело в области школьной есть та же борьба за
свержение буржуазии; мы открыто заявляем, что школа вне жизни,
вне политики - это ложь и лицемерие. То поколение, которому
сейчас пятнадцать лет, оно увидит коммунистическое общество, и
само будет строить это общество!
Первой захлопала Галя Карповна, за ней - весь класс.
Руська бил в ладоши "коробочкой" - то есть пальцами правой руки
в расслабленную ладонь левой; звук от этого получался громкий и
резкий, как выстрел. За его спиной Толик хлопал "венчиком" -
это еще громче, но глуше. На Руську навалилось какое-то не
совсем понятное разочарование - все, что происходило сейчас с
ним и с остальными, было таким простым, деловитым... и
непонятно, почему об этом так не хотят говорить, почему
разволновалась мама и чего боится Толик...