Урсула Ле Гуин. Четыре пути к прощению -
17 >
Йосс накинула на плечи шаль: ветер посвежел, напоминая о том, что уже
осень, и, выйдя к мосткам, свернула направо.
Жилище Абберкама было гораздо больше ее лачуги и сложено из бревен,
отсыревших и замшелых: болотная вода просачивалась всюду. Такие дома
перестали строить уже лет двести назад, после того, как срубили последнее
дерево. Бывший фермерский дом, теперь он превратился в мрачную, обвитую
дикими лозами развалину с прохудившейся крышей и выбитыми окнами; ступеньки
на крыльце совсем прогнили и прогибались даже под Йосс.
Она позвала Абберкама, потом еще раз, погромче. Но в ответ лишь ветер
шелестел в тростниках. Она постучала, подождала немного и, наконец
решившись, толкнула разбухшую входную дверь. Оказавшись в узкой прихожей,
Йосс услышала доносящееся из соседней комнаты хриплое бормотание:
-- Никогда не входи, ни с какими намерениями, беги без оглядки, беги
без оглядки( -- И говорящий вновь зашелся в приступе мучительного кашля.
Йосс открыла дверь в комнату, остановилась на пороге и, когда глаза
привыкли к темноте, огляделась. Когда-то здесь находилась гостиная, но
сейчас все окна были забиты досками, а огонь в очаге давным-давно не
разжигали. Из мебели остались только старый буфет, стол, лавка и кровать,
стоявшая рядом с очагом. Скомканное одеяло валялось на полу, а Абберкам,
совершенно голый, метался на кровати в горячечном бреду.
-- О Камье всемогущий! -- вырвалось у Йосс.
Огромное, черное, маслянисто-блестящее тело, широченная грудь и живот,
поросшие седыми волосами, сильные руки с ладонями, напоминающими лопаты( Да
она никогда в жизни не отважится подойти к нему!
Но все же Йосс поборола робость. Ведь Абберкам так болен и слаб, к тому
же не потерял сознания и в состоянии понять, что она хочет помочь. Йосс