Эллис Питерс. Роковой обет -
60 >
мессы. В такой час мыслям монаха подобало бы воспарять в
небеса, но на деле они никак не могли оторваться от грешной
земли и подняться выше головного плата мистрисс Вивер и густой
шапки темных кудрей на голове Мэтью. Почти все обитатели
странноприимного дома -- как люди благородного сословия,
занимавшие отдельные покои, так и простолюдины,
довольствующиеся общими спальнями, -- в церковь пришли в лучших
своих нарядах. Мистрисс Вивер, ловившая каждое слово службы, то
и дело тыкала Мелангель в бок, ибо племянница, вместо того
чтобы смотреть на алтарь, время от времени оборачивалась и
бросала взгляд на Мэтью. Видно, молодой человек крепко ей
понравился, а может статься, она уже отдала ему свое сердце.
Сам же Мэтью стоял вплотную с Сиараном, правда, по меньшей мере
дважды за время службы он огядывался по сторонам, и его
задумчивый взгляд оба раза останавливался на Мелангель.
Выражение лица молодого человека оставалось неизменным, но в
тот единственный раз, когда глаза их вдруг встретились, он
резко отвернулся в сторону. От брата Кадфаэля и это не
укрылось.
"Эге, -- смекнул монах, -- похоже, этот малый полон
решимости выполнить свое обещание, и никакая девица не помешает
ему проводить друга до конечной цели его паломничества -- в
Абердарон".
К тому времени Сиарана в обители знали все. Он не делал
тайны из своего обета и охотно, с подобающим смирением
рассказывал о себе. Дело было так: он готовился к рукоположению
и уже удостоился сана протодиакона, но священником тать так и
не успел и теперь уже не сможет. Брат Жером, кого хлебом не
корми, а дай повертеться возле тех, кто слывет особо набожным и
благочестивым, прицепился к Сиарану как репей и, без труда