Кладезь знаний

20 >

Боссар, Рейнольд Боссар, Рейнольд Боссар...
     Наложившееся на ритм, многократно повторяемое имя засело в
голове  у Кадфаэля, хотя ему, как и всем остальным, ни о чем не
говорило: ни о внешности, ни о привычках, ни о характере.  Одно
лишь  имя,  которое  все  равно  что душа без тела или тело без
души. Однако оно продолжало звучать в душе монаха и  когда  тот
ушел  в  свою  келью  и, прочитав молитву на сон грядущий, снял
сандалии и улегся в постель. Имя это, по-видимому, не  оставило
Кадфаэля и в дреме, во всяком случае, о наступлении грозы монах
узнал  по  двойной  вспышке  молнии,  полыхнувшей как бы в такт
распеву. Молния разбудила Кадфаэля. Лежа с  закрытыми  глазами,
он прислушивался в ожидании громового раската, которого не было
так  долго,  что  монах  подумал,  уж  не пригрезилась ли ему и
молния, но тут гром все же послышался -- отдаленный, тихий,  но
как-то   по-особенному   зловещий...   За   опущенными   веками
вспыхивали и  гасли  молнии,  а  гром  доносился  с  опозданием
откуда-то издалека...
     Откуда?  Уж не из прославленного ли города Винчестера, где
важные лорды вершили судьбу страны, города,  которого  Кадфаэль
отроду  не  видал  и,  возможно,  никогда  не увидит. Что могла
означать исходившая оттуда угроза -- не обрушил  же  отдаленный
гром стены Шрусбери? Но как бы то ни было, засыпая, Кадфаэль не
мог    отделаться    от   беспокойства,   вызванного   недобрым
предчувствием.


Глава 2
     Третьего июня аббат Радульфус, сопровождаемый своим писцом
и капелланом братом Виталием, въехал в ворота аббатства  Святых
Петра и Павла и был встречен всею своею паствой -- пятьюдесятью
тремя    братьями,   семью   послушниками,   шестью   учениками
монастырской школы, а также управителями и служками  из  мирян.
Аббат  --  высокий, подтянутый мужчина с худощавым аскетическим

Следующая

20 >