Эллис Питерс. Эйтонский отшельник -
94 >
-- Аббат говорил ровно и спокойно, без единой нотки одобрения
либо осуждения. -- Таким образом, я полагаю, что вы получили
ответ на вопрос, куда ездил Дрого Босье, -- закончил он.
-- И стало быть, ясно, куда теперь следует поехать мне, --
с облегчением заметил Хью. -- Я премного обязан вам, отец
аббат. Вы указали мне путь во тьме. Если Босье и впрямь говорил
с Кутредом, то, по крайней мере, мы можем узнать, что
произошло, получил ли он желаемый ответ. Впрочем, обратно он
ехал один. А веди он с собой пойманного виллана, едва ли Босье
оставил бы его при кинжале, да еще с несвязанными руками. С
вашего позволения, отец аббат, я возьму с собой в свидетели
брата Кадфаэля, чтобы не приводить в скит отшельника своих
вооруженных людей.
-- Хорошо, -- охотно согласился аббат. -- Этот несчастный
был гостем обители, и наш долг сделать все возможное для поимки
его убийцы. Равно как совершить все положенные обряды над его
мертвым телом. Не проследишь ли ты за всем этим, брат Роберт,
когда тело покойного доставят в аббатство? А брат Жером пусть
поможет. Его желание помочь Дрого Босье нельзя оставить без
внимания. Он и проведет ночное бдение над его телом в молитвах
о спасении его души.
Выходя из приемной вместе с Хью, Кадфаэль подумал, что
нынче вечером в отпевальной часовне будут лежать бок о бок два
покойника: старик, который расстался с жизнью столь же легко,
как увядший цветок расстается со своими лепестками, и
высокомерный землевладелец, вырванный из жизни с сердцем,
полным злобы и ненависти, без предупреждения, не имея времени
примириться с людьми и Богом. Так что Дрого Босье понадобятся
молитвы всех, способных помолиться за упокой его души.
-- А не кажется ли тебе, что в своем рвении во имя