Эллис Питерс. Эйтонский отшельник -
73 >
Однако спохватился он поздновато, ибо, когда, запыхавшись, он
подбежал к привратницкой и бегом проскочил во двор, пытаясь
остаться незамеченным, до его слуха донеслись из церкви первые
слова псалма.
Само собой разумеется, опоздание на вечерню было не таким
уж и страшным проступком, но в сложившихся обстоятельствах
мальчик никак не желал отягощать совесть, усугубляя своим
поведением бремя всех тех хлопот, что выпали на долю обители
из-за его семейных неурядиц. На его счастье дети мирян из
города имели обыкновение посещать церковь во время вечерни, так
что среди стольких детей отсутствие одного из мальчиков можно
было вполне и не заметить, и если Ричарду удастся смешаться с
толпой, выходящей после службы, можно будет сделать вид, что он
был в церкви вместе со всеми. Ничего лучшего, пожалуй, и не
придумаешь. Поэтому Ричард мышью проскользнул в обитель и
затаился в одной из ниш в южной стене, откуда был хорошо виден
южный вход в церковь, через который после окончания службы
должны были выйти братья, гости обители и горожане с детьми.
Когда монахи минуют место, где он спрятался, ему наверняка не
составит труда затеряться среди детей.
Наконец вечерня закончилась. Мимо Ричарда степенно
проследовали на ужин аббат Радульфус, приор Роберт и братья
монахи. Следом же, уже без всякого порядка, шла ватага детей.
Ричард был уже готов отделиться от скрывавшей его стены и
юркнуть к детям, как вдруг из-за угла до его слуха донесся
знакомый строгий голос.
-- А ну-ка тихо! Что это за гвалт такой после божественной
службы! Разве так вас учили выходить из святого храма? Живо
построились по два! И чтобы все вели себя почтительно!
Ричард похолодел и вновь вжался спиной в стену, отступив
поглубже в нишу. Похоже, брат Жером не прошел вместе со всеми