Эллис Питерс. Эйтонский отшельник -
71 >
Весь день Ричард вместе с другими мальчиками провел в
большом монастырском саду у реки, где монахи собирали поздние
груши. Детям разрешили помогать, ну и поесть в меру, хотя
грушам полагалось еще как следует вылежаться. Впрочем, эти
поздние груши уже так долго висели на ветках, что стали вполне
съедобными. День стоял погожий, солнечный, река звонко журчала
на перекате, и Ричард вовсе не торопился обратно, в обитель,
где его ожидали вечерня, ужин и постель. Он задержался в конце
процессии монахов, потянувшихся длинной цепочкой вдоль реки, по
зеленому склону в сторону Форгейта. В тихом вечернем воздухе
над рекой толклись комары, и, охотясь за ними, из воды то и
дело выпрыгивали рыбы. Водная гладь под мостом казалась
совершенно неподвижной, хотя Ричард отлично знал, что река там
глубокая и течение сильное. Вниз по течению пошла лодка,
стоявшая до этого на якоре.
Девятилетний Эдвин, закадычный друг Ричарда, задержался
вместе с ним, однако он все время оглядывался, с тревогой глядя
на удаляющихся монахов. Мальчик был весьма горд и доволен
собой, -- ведь его наградили яблоком за мужество, проявленное
при перевязке разбитого колена, и вовсе не хотел омрачать своей
добродетели каким-либо проступком, в том числе и опозданием на
вечерню. Но и бросить друга он никак не мог. Эдвин стоял подле
Ричарда, потирая перевязанное колено, которое все еще
побаливало.
-- Пошли, Ричард! Гляди-ка, они уже у самого тракта.
-- Да ладно, догоним, -- небрежно бросил Ричард, болтая в
воде босыми ногами. -- Но ты, если хочешь, ступай.
-- Без тебя не пойду. Но, знаешь, я не смогу бежать
быстро. Колено плохо гнется. Пойдем, а то опоздаем.
-- Я не опоздаю. Еще до удара колокола я буду на месте. А