Эллис Питерс. Эйтонский отшельник -
6 >
недель.
Осада -- это не что иное, как медленное удушение, а король
Стефан никогда не отличался особым терпением и усидчивостью.
Чего доброго ему наскучит дожидаться, пока враги оголодают, и
он снимет осаду, предпочтя заняться поисками более быстрого
способа добиться успеха. Так уже бывало и вполне могло
случиться вновь.
Отбросив мысли о недостатках нрава своего высокородного
сеньора, Хью направился через широкий монастырский двор прямо к
аббатским покоям, намереваясь оторвать отца Радульфуса от
любовно лелеемых им роз, которые, впрочем, уже подвянули об эту
пору года.
Брат Кадфаэль, вернувшись из приюта Святого Жиля, занялся
делами в своем сарайчике, сортируя семена бобов для посадки на
будущий год. В это время Хью закончил беседу с аббатом и
направился прямым ходом к старому другу. Узнав его быструю,
легкую походку, -- звуки шагов были хорошо слышны на гравийной
дорожке, -- Кадфаэль приветствовал его, даже не повернув
головы.
-- Брат-привратник предупредил, что ты зайдешь ко мне, --
сказал он. -- Какие новости? Что слышно из Оксфорда?
-- Оттуда ничего, -- коротко ответил Хью, усаживаясь
поудобней на лавку, стоявшую подле бревенчатой стены. -- Зачем
далеко ходить? Новости у нас под боком, в Итоне. Умер Ричард
Людел. Сегодня утром от старой леди прибыл грум с известиями.
Сын-то Людела находится у вас, при школе.
Только теперь Кадфаэль повернулся, держа в руке глиняную
миску, полную бобов, которые были высушены еще в плетях.
-- Да, мальчик у нас. Так значит, отец его умер. До нас
доходили слухи, что ему стало хуже. Когда мальчонку прислали к
нам, ему не было еще и пяти лет. Домой его брали очень редко.
Полагаю, его отец решил, что сыну будет лучше жить здесь, в
компании сверстников, нежели тереться подле ложа больного.