Эллис Питерс. Исповедь монаха -
79 >
когда они приедут, и можешь идти отдыхать. Мне больше ничего не
понадобится. Ты и так уже сегодня достаточно потрудился.
Лотэр кивнул и молча вышел. В самом тоне сдержанного,
спокойного разговора ощущалась их незыблемая, как вросшая в
землю скала, уверенность друг в друге. Аделаис с легкой улыбкой
смотрела на брата Кадфаэля, храня молчание, пока Лотэр не
закрыл за собой дверь.
-- Да, -- проговорила она, словно отвечая на вопрос
монаха, -- он больше, чем слуга. Лотэр всегда был надежным
товарищем моему супругу, плечом к плечу сражался с ним в
Палестине и не единожды спасал ему жизнь. И это не просто
проявление заурядной вассальной верности, это верность иного,
высшего рода. После смерти Бертрана он служит мне, как служил
раньше мужу -- верой и правдой. Его сына зовут Люк. Копия
своего отца, да ты и сам это видел, их сходство невозможно не
заметить.
-- Что правда, то правда. Я и сам догадался, откуда у
Лотэра его загар.
-- Вот как? -- в первый раз Аделаис взглянула на Кадфаэля
с неподдельным интересом.
-- Я тоже пробыл несколько лет на Востоке, только это было
до того как твой супруг отправился туда с Лотэром. Если он
проживет достаточно долго, загар сойдет с него так же, как
сошел и с меня. Для этого требуется много времени.
-- Получается, ты попал в монастырь отнюдь не в юном
возрасте? То-то я гляжу, в тебе совсем не чувствуется
девственной невинности, -- с мягкой усмешкой произнесла
Аделаис.
-- Я принял обет по своей собственной воле, -- ответил
Кадфаэль, -- когда пришло время.
-- Он тоже принял обет по своей собственной воле. Только я
считаю, в отличие от тебя, поторопился, -- непроизвольно
вздохнула Аделаис и уже другим тоном продолжила: -- Я попросила