Эллис Питерс. Исповедь монаха -
63 >
-- Но ты, брат, -- заговорил Хэлвин вновь, продолжая
удерживать Кадфаэля за рукав, -- ты не давал никакой клятвы и
тебе вовсе не обязательно идти со мной. Ты уже выполнил свой
долг, проводив меня до Гэльса. Возвращайся в монастырь и
замолви за меня словечко перед аббатом Радульфусом.
-- Сын мой, -- возразил Кадфаэль, раздираемый состраданием
и досадой, -- я, так же как и ты, связан обязательствами, тебе
следовало бы об этом помнить. Идти с тобой мне было предписано
затем, чтобы позаботиться о тебе, если ты заболеешь в дороге.
Ты в пути по своему собственному делу, а я по поручению аббата.
Если я не могу убедить тебя вернуться, значит, я пойду с тобой.
-- Но твои травы, твои снадобья, -- напомнил Хэлвин, --
если моя работа терпит, то твоя ждать не может. Как там
управятся без тебя?
-- Как смогут, так и управятся. На свете нет людей, без
которых нельзя было бы обойтись. Иначе человек не был бы
смертен. Перестань спорить и хватит разговоров. Ты решил, и я
решил. Куда пойдешь ты, туда пойду и я. Светлого времени
осталось еще с час и раз уж ты не желаешь задерживаться в
Гэльсе, давай-ка двигаться помаленьку. Нам еще надо подыскать
пристанище на ночь.
На следующее утро Аделаис де Клари, следуя своей
неизменной привычке, отправилась к обедне. Она всегда была
аккуратна и последовательна не только в отправлении религиозных
обрядов, но и в благотворительности, свято соблюдая семейные
традиции де Клари. И если милосердию Аделаис порой не хватало
теплоты и душевного участия, этот изъян с лихвой возмещался
регулярностью пожертвований. В случае же непредвиденных
обстоятельств, когда с ее стороны требовалась дополнительная
помощь, священник мог быть уверен, что его просьба не останется